Вчерашняя ночь казалась сном. Ту красотку увести домой из клуба мне наверняка не удалось. Выходные по привычке провёл в весёлом угаре, искал куклу на ночь.
В распахнутое окно заползал ветер, робко колыхались шторы. Заглянул в кухню. На столе лежал алый шарф.
— Ника? — я вспомнил имя.
Входная дверь была заперта. Изнутри и снаружи запереть её можно было только ключом. Проверил ключи — они оказались на месте.
Боясь, что всё окажется сном, потянулся к шарфу, вдохнул парфюм. Воспоминания ярким лучом разогнали похмельное забытье.
Она — не плод моих фантазий. Она была у меня.
В ту ночь я умер рядом с ней. Пламя её внеземной страсти сожгло меня дотла и возродило из пепла.
Мы лежали на кровати. Внезапно Ника оттолкнулась от моих объятий:
— Открой дверь, мне пора!
— Не открою, ты моя, — рассмеялся я.
— Ох, ты ж мой тигр, запер жертву?
Она ухмыльнулась, затем перелезла через меня, царапнув мою грудь. Я испытал сладкую боль и вскоре уснул.
Проснулся поздно. В насмешку надо мной остался лишь алый шарф. Ушла и ушла. Найду другую сегодня же вечером, чтоб я — Казанова — ещё и тосковал?
***
Музыка в клубе била по ушам. Неон раздражал глаза. Вокруг мелькали куклы с пустыми глазами. Девушки, садились рядом, говорили о чем-то. Я не слушал, лишь вспоминал Нику. С трудом признался себе, что искал здесь только её. Не нашёл. Утопил одиночество в очередной порции виски.
Наутро начались дожди и затянулись на неделю. В один из дней позвонили в дверь. Внутри затеплилась надежда: Ника?
В коридоре стояли двое в гражданском. Ткнули в лицо красными корочками, ничего прочесть не успел. Показали фото Ники, говорили грубо:
— Знаешь её?
— Нет, — отрезал я, стараясь скрыть дрожь.
Вошли внутрь без приглашения, осмотрели квартиру. Шарф был спрятан в полке. Рыться не стали, ушли молча.
Стало понятно: меня посетила тайная полиция. Название придумал сам, пусть и звучало банально. Но я точно знал, что существует те, кто латает трещины между мирами, подчищают наш город от нечисти, что успела заползти с той стороны.
Был свидетелем. Помню, шел вдоль покосившихся гаражей. Дорогу кирпичной стеной перегородил тупик. Раздался утробный рёв, мелькнули тени; нырнул в кусты и затаился.
Затем явились они — тайная полиция. Я ничего не видел, лишь слышал звуки борьбы: всё тот же рёв, ругань, выстрелы. Затем всё стихло. Кирпичная стена исчезла. До дома добрался на ватных ногах. Затем забыл эту историю.
***
Что-то вело меня к забытым гаражам. Вечерело. По дороге растекались лужи.
Мысли о Нике убили страх. Я думал только о ней и законе бумеранга. Вспоминились девичьи слёзы: «Козел, я думала у нас все серьёзно». А теперь сам ищу ту единственную, как сопливый подросток.
«Любовь» — сказали бы наивные романтики. Но это была одержимость. Ненормальная, нечеловеческая. Я умирал без неё.
Пространство внезапно зарябило перед глазами, разогнав все мысли. Позади послышался шум машин, а в конце дороги выросла кирпичная стена. Как и тогда, я нырнул в кусты. На этот раз наблюдал. В стене прорезался разлом.
Ника! Я узнал её! Тусклый свет падал на роскошные кудри, выхватил бледное лицо. Нырнуть в проём она не успела, люди в масках нацелили в неё оружие. Приказали сдаться.
Во мне пробудилось что-то древнее, звериное. Огромный булыжник лёг на вспотевшие ладони. Угодил в одного из бойцов, выбив из рук автомат. Я передал людей, предал наш мир, и всё ради того, чтобы просыпаться с ней. Мой ход сработал. Бойцы отреагировали быстро, пули пролетели над моей головой.
Этих мгновений хватило на то, чтобы Ника нырнула во тьму, почерпнула силу. Взмахом руки она обездвижила весь отряд.
В следующий миг она оказалась рядом. Её хищный оскал сбил моё дыхание, жар её губ сводил с ума. Ника протянула мне руку.
Напоследок обернулся назад. Город утонул за стеной дождя. Я сжал её ладонь и шагнул во мрак.
Автор Раушан Бакиров
ГЛАВНАЯ 