Бесдолжка

Люся отшвырнула телефон, как будто ядовитая змея сквозь экран впилась в нее остроугольными зубами. Она пнула кота и он, недоуменно мяукнув, закатился меховым шариком под хромой диван.

Ее коллега Ирина опять хвасталась в соцсети подарком: кольцо, белое золото и бриллианты.

— Почему этой Ирке все достается, а мне ничего? Боги, вы обязаны мне помочь – ревела от отчаяния женщина, сморкаясь в наволочку.

Безвкусный кофе мутной коричневой жижой булькал в стакане. Люся прижалась лбом к запотевшему окну электрички и, глядя на проплывающее Бутово, воткнула наушники.

— «Изменить судьбу с нищей на сытую проще простого, – вещал гость подкаста, — для этого достаточно провести ритуал «Бесдолжка» и вы навсегда забудете про бедность».

Люся лихорадочно вбила фразу в поисковик. Обряд гласил: «Коль удачины в жисти нету, то исправить енто требо. У барина удачлива да богата в долг возьми. Монету какую он тебе швырнет, прими и тихо молви: «то не деньгу беру, а удачу твою прибираю». В полночь деньгу разложи, да перед ней свечу жги и чти размеренно: «Бесина по воле моей явись, трепетом пламени проявись. Коль эта деньга тобой видана, то удача (имя) тобой мне дарована. Все добро ее под меня положено; все блага, злата и серебра на денек перекинуты. Бесом то переложено, да судьба моя греховная ему во плату кинута, долгом множена».

Электричка, скрежеща тормозами, подлетела к станции, и женщина, сунув телефон в карман, поспешила к выходу. Черная магия – какая чушь! Каким надо быть идиотом, чтобы в это поверить?!

Плюхнувшись на стул, Люся открыла папку с файлами на рабочем компьютере.

Дверь распахнулась, и Ирина впорхнула в кабинет, заполняя пространство ароматом ванили и роз. Она поставила на стол сумку с золотистой монограммой GG.

— Ой, всего-то 3,5 млн. Могу себе позволить эту безделушку – прощебетала коллега, поймав ее ошарашенный взгляд.

— Безделушку? – Люся побагровела и сжала губы. Бесдолжка, бесдолжка – коняшками запрыгала фраза в ее голове.

— Ирина, — потупя взгляд, произнесла она, — вы не могли бы мне занять 100 рублей?

Ира открыла кошелек Армани из прочной кожи крокодила и протянула 200 рублей.

Дрожащими руками Люся схватила деньги, и пробормотала:

— Твоя удача стала моя.

Едва дождавшись вечера, бедняжка кинулась домой, не забыв по пути забежать в церковную лавку.

Часы показали 00.00, Люся бережно положила купюру на стол, водрузив рядом свечку. Она чиркнула спичкой, комната осветилась тусклым пламенем. Тыкая пальцем в экран, чтобы он не гас, женщина с выражением произнесла заговор.

Легкий сквознячок колыхнул огонек, поиграл занавеской на окне, взъерошил шерсть коту, наблюдавшему за обрядом, и растворился в вязкой темноте ночи.

Люся оглянулась: никого. Бес с мешком колец, денег, бриллиантов и брендовых шмоток так и не явился и она, повалилась на облезлый скрипучий диван, заливая слезами подушку.

Пыльным вихрем пролетели две недели. Ирка одним днем уволилась с работы, удалила соцсети и растворилась в калейдоскопе серых будней.

***

Спеша к директору, Люся мчалась, перепрыгивая ступени, пока не споткнулась о ковровую дорожку на верхнем этаже. Моложавый мужчина, в деловом костюме ловко подхватил ее, затормозив падение.

— Иван – низким обволакивающим тембром представился он.

— Людмила – смущенно пролепетала женщина.

— Очень приятно. Надеюсь, вы не ушиблись.

И пожав руку, Иван скрылся в переговорной. Люся вошла в приемную. Дмитрий Алексеевич что-то говорил, но его слова отдавались гулким эхом где-то в подсознании и она лишь растерянно, невпопад кивала.

Когда часы показали 17.00 Люся, торопливо шаркая стоптанными ботильонами, побежала на выход.

Иван, стоял на крыльце.

— Людмила, — призывно махнул он рукой, — могу вас подвезти?

— Не стоит. Мне тут недалеко, на Тверской бульвар, — соврала она.

— Отлично, там и прогуляемся.

Весело болтая, они неспешно шагали вдоль разношерстного цветастого ковра бегоний, лилейников и тюльпанов. Его подкупала ее наивность и открытость, приятно удивляла ее простота и душевность, он бы часами слушал ее прибаутки и смеялся над косноязычием, но настойчивое пиликание айфона прервало их беседу.

— Извини, мне нужно ехать. На выходные ничего не планируй, тебя ждет сюрприз.

Люся растерянно глядела в след.

— Мне срочно надо что-то нормальное купить, чтобы ему не стыдно рядом со мной было.

Она тоскливо вздохнула и открыла сайт ЦУМа. Вихрь эмоций и люкса поднял ее так резко и высоко, что заложило уши. На дебетовой карте было 1036,47 рублей, а до зарплаты десять дней.

— Точно, оформлю кредит, а потом как-нибудь рассчитаюсь, — решила она.

Разноцветное платье с логотипом Версаче, туфли – лодочки Москино, мягкий вельветовый жакет с узором стилизованным под змеиную кожу, сумка ядовито-зеленого цвета Марк Джейкобс, солнцезащитные очки с монограммной СН, массивные серьги DG – Люся не скупилась, надо выглядеть достойно.

Они встретились на Тверском бульваре. Люся с трудом балансировала на шпильке, но держалась максимально гордо, то и дело выпрямляя подворачивающиеся ноги и тряся головой, так, что посеребренные серьги протяжным писком распугивали голубей. Обтягивающее платье Версаче с аляповатым рисунком изящно подчеркивало дешевое нижнее белье и выпирающий живот, который безуспешно пытались прикрыть полы пиджака хищной змеей пугавшего окружающих. В руках она теребила сумочку, венчавшую экстравагантный образ пучком летней травы.

Иван поморщился. Люся напоминала кипящий гуляш, в котором каждая вещь пестрела ярким овощем.

Он протянул ей сто одну алую розу. Схватив букет, женщина высокомерно кивнула.

— Чтобы далеко не ходить, давай тут, пообедаем, — предложил Иван, и пара направилась к ресторану.

Швейцар услужливо приоткрыл дверь, но Люся бросила на него презрительный взгляд: недостаточно широко растворил. Все ее раздражало: нерасторопный официант, пресные блюда, приторный десерт, вонючие бабки за соседним столиком.

После обеда они отправились в Подмосковье в загородный отель.

Но и усадьба разочаровала Люсю. Кровати жесткие, комары кусачие, персонал грубый, рыбалка скучная, джимпиг опасный, баня жаркая. Она на всех смотрела свысока своих каблуков, от всех требовала поклонения и восхищения ею, королевской особой с манерами плебейки.

Притормозив в понедельник возле офиса, хмурый Иван открыл дверь.

— Тебе туда – махнул он в сторону здания и, дав по газам, скрылся из виду.

Целый день Люся названивала мужчине. Номер не в сети, на сообщения не отвечает. Люся стала нервничать. Авария? Конкуренты застрели? Мошенники похитили? Не выдержав неизвестности она побежала писать заявление в полицию.

— Женщина, шли бы к ч… выходу, — смеясь, посоветовал пузатый лейтенант, — Он вас бросил. Денег хоть не просил? Кредитов не навешал?

Люся, рыдая, хлопнула дверью. Из сумрака кустов вышел неопределенного возраста субъект, одетый во все черное.

— Должок за тобой, — прохрипел он женщине в ухо, — Ты не один день барыней жила, а целых два. Пора бы что мне сулила отдать. Где судьба, там и жизнь.

У Люси потемнело в глазах, мир сузился до 200 рублевой банкноты и ярким всполохом разрезал поглотившую ее тьму.