Он:
В завершение всего я собирался расставить все точки над и. Мне нужно было с ней расстаться. Слишком много места она занимала в моей жизни. Буквально везде, где бы я не был и чтобы не делал, я наталкивался на ее образ. А я хотел чувствовать себя самостоятельным. Быть собой. Думать о себе. Я собрался, подготовился, объяснил все тонкости. Она выслушала и согласилась. Мы попрощались и разъехались. Расставание прошло спокойно. И я начал жить свою жизнь. Я посвятил себе свою жизнь. И я ни с кем не встречался.
В течение всей жизни я думал о ней. Я ходил на работу и задавался вопросом, как она там? Чем она занимается? Я чистил зубы и вспоминал, как мы делали это вместе. Я ездил в отпуск и думал, что ей бы тут понравилось или не понравилось. Я смотрел кино и замечал всех ее любимых актеров. Я слушал музыку и задавался вопросом, интересно, что она слушает сейчас. На старости лет я случайно ее встретил. Мы разговорились о своих жизнях. У каждого она была своей, насыщенной и полной. И я признался, что почти каждый день думал о ней. Она тоже, оказывается, вспоминала меня. И мы снова решили быть вместе. Потому что даже эти 45 лет по раздельности мысленно мы были вместе. Хранили память друг о друге, хотя и не общались. И когда она умирала, я держал ее за руку и чувствовал себя счастливым человеком. Счастливым, что полюбил ее тогда, в юности. Любил, оказывается, ее всю жизнь, хотя мне понадобилось так много времени, что понять это окончательно. И что мы снова встретились. Думаю, что даже если бы мы не встретились, то умирая, я бы думал о ней.
Она:
Когда он предложил расстаться, я была не против, потому что насильно мил не будешь. Я его любила, но не бегать же за ним с планом и предложениями, как нам быть вместе, в каком формате и как нам жить и встречаться. Хотя мы к этому времени были уже три года вместе. Я даже пошутила про то, что прав был Бегбедер и что любовь живет три года. Но ладно, мы расстались. Так как все это время отношения у нас были доверительные и теплые, хотя понятно дело, конфликты тоже бывали, то после расставания я полтора года переживала потерю близкого человека прямо по всем канонам психологии. Потом отпустило, чувство пустоты заполнили новые друзья, увлечения. Позже у меня появился и муж и я родила ребенка. И я была счастлива с мужем и ребенком в своей семье. И я иногда думала о нем. Не с грустью, а с нежностью, потому что чтобы не происходило, я любила его. И нельзя было вырвать это чувство. Если вырвать его, то это как намеренно и добровольно ампутировать себе руки и ноги. Зачем? Зачем убивать чувство любви, даже если вы не можете быть вместе? Я не любитель драм и мелодрам, поэтому я просто жила свою жизнь и хранила память о нем. Память не становилась черствой как хлеб или холодной как камень. Она тихонько жила во мне и делала меня, как мне кажется, только сильнее. Потому что чувство любви оно на самом деле такое — полное. Потом мой муж умер — он разбился в автомобильной аварии.
С ним же мы встретились случайно спустя три года после этого. Мой сын тогда уже был взрослый и переехал в другую страну. У меня, несмотря на то, что я умею справляться с чувством одиночества, было состояние, что я переживаю новый виток пустоты своей жизни. Когда мы встретились, я была очень рада. Мы поговорили и каждый из нас признался, что память и мысли о другом были и есть. Каждый из нас уже прожил свою жизнь, но жизнь у нас в это же время продолжалась. Я подумала, что хотя мы уже и пожилые, кто-то бы сказал, что старые, но мы можем дальше жить нашу жизнь вместе. И он так думал. И мы прожили вместе целых 15 лет. Жизнь наша была полна любви и заботы друг о друге. Но такой тихой, часто скромной со стороны. И дело не возрасте. Просто мы также друг друга все 45 лет до этого и помнили — тихо и внутри.
И я знаю, что никто из нас ни о чем не жалел. Не было этих криков о том, что даль, что мы расстались. Или что жаль, что я вышла замуж. Или обвинений, что вот столько времени прошло впустую и расстались мы по чьей-либо вине. И было у нас у обоих какое-то смирительное да.
Все права защищены. Копирование и распространение текста без согласия правообладателя запрещено.