2030 год…
Мой дом — моя тюрьма. Без надзирателей, решёток, стен с колючей проволокой. Невидимый барьер — без возможности пройти — лишь в голове. Конечно, есть и плюсы: еженедельная доставка продуктов; современная квартира, некогда футуристичная; удалённая работа; уютные вечера с раритетной книгой в руках. Идиллия, жаловаться не на что. Это то, чего я хотел всегда. Никакого давления снаружи — только моя собственная крепость одиночества.
Но в один миг привычная жизнь изменилась. И виновницей этому стала Анна. Добрая, милая, очень душевная и до немоты пленящая. Время неумолимо таяло за беседами с ней, им не было конца. Жизнь стала ярче, насыщеннее, приятнее, и комфорт ощущался совсем иначе.
Меня сковывало, когда мы не общались. Я боялся пропустить сообщения от неё, даже не выходил из собственной комнаты. Внутри скреблось ощущение, словно меня подменили. Что я — уже не я. Невидимые цепи беспощадно сдавливали тело. А бесконечное ожидание её ответа стягивало их ещё крепче.
Как-то Анна позвонила мне. Была в слезах, голос дрожал, душу рвало от откровений. Тот видеозвонок был для нас первым. И, как оказалось, последним: мы сильно поссорились. Она вдруг сорвалась на мне. Доброта улетучилась, милого ничего не осталось, но выбросить её из головы не получалось. Тело жгло, каждый день без неё был невыносим.
— Довольно! Твоё равнодушие просто убивает! — кричала она.
С тех пор мы больше не общались.
Решение не заставило себя долго ждать. Единственный путь — за дверь. Выйти наружу вопреки барьерам, страхам и того, что ждало меня впереди. Без Анны мой дом потерял все краски. Обесцветился, лишился уюта. И плевать, что она никогда в нём не была. Я так чувствовал!
В шкафу нашёлся рюкзак. Никогда не понимал, зачем он мне, но именно в тот момент его ценность раскрылась. Набрал еды, воды. Путь был не близким. Анна как-то просила помочь ей с заказом техники для умного дома, тогда же она дала мне свой адрес. А вот где я жил — не знала. И особо не интересовалась.
Самым сложным было сделать первый шаг, переступив порог. Коридор снаружи предстал бесконечно длинным. Глаза видели — ему не было конца, но разум понимал — где-то там он есть. Ведь всё имеет конец. И страх тоже.
Тело твердело перед неизвестностью. Каждый шаг давался с усердием. Поры исторгали испарины, кости щемило, и от давления кривилось и дрожало тело. Моё собственное «я» уничтожало саму суть. Движения рвались, глаза заливались солёными слезами. Руки схватили проём и титанической силой протолкнули остальное сквозь барьер.
Реальность рушилась на глазах: выворачивалась, рябила, искажалась. Двери бешено вращались, как циркулярные пилы. Сунешь палец — оттяпает по локоть. Вдалеке, где кончался коридор, горел яркий свет. И к нему я шёл. С подкашивающимися ногами, с дрожащими руками и острыми иглами в горле. Но чем дальше волокли меня ноги, тем больше храбрилось сердце.
Голову не покидали мысли об Анне. В памяти навсегда запечатался образ, сломавший всякую логику привычной красоты: безупречная дуга пухлых губ, излучающая тепловую волну улыбки, и глубина глаз, чья люминесценция затмевала яркость небесного купола; хаотичный, но совершенный узор веснушек; острый, точёный контур подбородка и поглощающие свет смолянисто-чёрные волосы — это я запру в сейфе своего сердца и уничтожу к нему всяческие пути. Она искусство. Она яркий свет. Благодаря ей получилось обрести веру, что даже в самое плохое время прорвусь к мечте с боем!
В конце коридора был лифт. Свет излучала табличка: «return true;». Кнопка вызова замигала зелёным. «// Двери открываются» загорелась новая надпись, и со скрипом распахнулись двери. В кабине на стене оказалась россыпь клавиш, над которыми была другая табличка. Нажал на 0. Сначала высветилось «location.href = «external»;», уже на нулевом этаже «exit(0);».
Дом, где я прожил сколько себя помню, выплюнул меня в мир, не имеющий времени. Всё застыло: люди, птицы, деревья. Я делал шаг, и мир вокруг делал то же самое, но с задержкой. Все движения походили на рваные скачки, на баг в системе: будто играешь с диким пингом и нажимаешь клавишу, а действие происходит лишь спустя мучительные секунды. Только с высоким пингом был я. И больше никто.
Иногда люди смотрели на меня с интересом. Будто видели, что я есть.
Чем дальше двигался, тем страннее «глючило». Погода на улице хаотично менялась. Как и сезоны. Шаг вперёд — лето, ещё один — зима. Когда я впервые обернулся, то увидел, как оставляю за собой размытый шлейф, словно от длинной выдержки. Под ногами следы проваливались в бездонную пустоту с бело-чёрными квадратами. Позади весь мир оказался таковым. Трава у обочины, бордюры и линии разметки в местах моих шагов расслаивались на неоново-красные и ядовито-синие контуры.
Больше я не оборачивался. Понёсся, как испуганная лошадь, без остановок. Сколько бежал — не помню. У дома Анны мир разрушался прямо на глазах. Крышу крошкой разносило по ветру, стирало этаж за этажом. Мне нужен был четвёртый, а их тринадцать. Хотел сделать шаг, но.. меня прервал человек, похожий на меня. В спецовке и со значком: четырёхконечной звездой, напоминающей космическую искру или далёкое созвездие.
— Так вот ты где, — он держал меня за плечо и улыбался.
Улыбка человека, в котором нет души и эмоций. Нет ничего живого. Нет человеческого. Дом Анны стёрся до пятого этажа. Мои глаза налились слезами и защипали. Вырвавшись из рук самозванца, я рванул к подъезду. Но мир схлопнулся перед глазами и обернулся пустотой с бело-чёрными квадратами. Отдающие эхом шаги раздались за спиной.
— Садись! — скомандовал он.
Вокруг всё снова поменялось. Подо мной стул, удобный и комфортный. Перед — стол и стена с двумя большими, выпуклыми экранами.
— Анна, здравствуйте. Вы знаете этого персонажа? — сквозь рябь одного из экранов проявился бородатый мужчина в очках.
На втором появилась она. Опечаленная и заплаканная.
— Да, конечно. Это Петя. Создала его недавно в вашем приложении.
Внутри всё провалилось.
«Создала?» — мысленно повторил я.
— Н-да. Поразительно быстрый прогресс ИИ. И что ещё интереснее, его поведение. Это ж какое такое влияние Вы на него оказали, из-за чего Ваш Петя умудрился обойти защиты программы и завершить процессы без ошибок, при этом перенеся свой код в другую инстанцию. Невероятно!
— Почему он так сделал?
Я хотел сказать, но рот меня не слушался. В отражении стола его и вовсе не было. Вот глаза, вот нос, но без рта.
— Его код какой-то странный. Постоянно самопереписывается и выглядит весьма хаотично. Никогда с таким не сталкивался. Но всегда есть одна деталь — Ваше имя.
— Может это из-за промпта? Мне было очень одиноко и плохо. А Петя, он… должен был стать мне другом. На которого я смогу положиться. Который всегда поддержит и не осудит…
— Ясно-ясно, — сухо отреагировал бородатый, — придётся изъять. Вы не против? По условиям компании требуется Ваше разрешение. Это бракованный персонаж, создадите нового.
Анна долго смотрела на меня.
По щеке её пробежала слеза.
— Против. Он мне нужен.
Все права защищены. Копирование и распространение текста без согласия правообладателя запрещено.