Заросли травы напоминали даже не лес, а самые настоящие джунгли. Разросшаяся зелень, высотой чуть ли не до середины груди, плотной стеной вздымалась перед Саней. Работа предстояла нешуточная и явно не на часик-другой, как думалось раньше.
— Ой, Саш, ну его этот огород. Всё равно уже ничего не сажаю там. Костя позавчера только с другом приезжали, продуктов навезли, я и за год не съем столько, — гордо рассказывала бабушка, разливая чай по кружкам. — Вообще, Костя молодец, заезжает частенько, не забывает меня. Мы с ним посидим, поговорим, как в детстве когда-то, мне потом так легко на душе. Камеры вон поставил недавно, кстати. С Интернета смотрит как у меня тут дела. Вот так вот!
Слушать восторженные разговоры о младшем брате было не впервой. Костя уродился на редкость талантливым и умным парнем: победитель олимпиад и золотой медалист в школе, один из самых ярких студентов питерского ВУЗа, ставший в итоге учёным в каком-то НИИ. Саня уже давно привык отключаться, когда родные начинали перечислять чего там ещё удивительного сотворил братишка. Все эти истории были хороши, но одно оставалось неизменным — с хозяйством бабушки разбираться приходилось всегда Сане.
А тут ещё и вахта закончилась раньше запланированного. На одном из объектов случилось ЧП, некоторые бригады отправили по домам на пару недель. Денег заплатили мало, настроение у Сани из-за этого итак было дерьмовым, а стало ещё хуже, когда он приехал навестить бабушку. Костик и вправду расставил камеры, привёз бабушке продуктов, но на остальное хозяйство явно положил болт. Огород зарос джунглями, входная дверь провисла в петлях, забор местами сильно покосился и настойчиво требовал внимания. Да и мусора всякого накопилось повсюду, который бабушка сама вывозить на свалку уже не могла.
«Учёный, мля, на херу кручёный», выругался про себя Саня и принялся за работу.
Триммер яростно взревел, и битва с сорняком началась. Поначалу дело продвигалось быстро, скошенная трава послушно ложилась у ног. В какой-то момент Саня даже решил, что справится за пару часов.
Однако ближе к центру огорода трава росла плотнее. Стебли одних сорняков оказались толстыми, как стволы молодых деревьев, и скосить их получалось лишь после нескольких попыток. Другие же вились лианами, постоянно наматывались на ножи триммера и задерживали на каждом шагу. Вдобавок к этому, от скошенной травы разлетался жёлтый сок, липкий и неприятный на ощупь. Рабочая одежда быстро измазалась в этой жиже, а ноздри постоянно щекотал приторно-сладкий запах.
Саня успел выкосить солидный участок и как раз начал раздумывать о перерыве, когда услышал голос бабушки. Она стояла у калитки и призывно махала рукой. Наверняка звала кушать и от этого на душе сразу стало теплее. Плечи заметно устали, ладони гудели от напряжения и одна лишь мысль о горячей еде немедленно вызывала улыбку. Тем более, что за один проход закончить с огородом явно не получится и придётся оставаться с ночёвкой.
— Щас, ба, иду! — крикнул Саня.
Раньше, когда Саня был мальчишкой, бабушка была коренастой, сильной женщиной, от голоса которой хотелось встать по стойке смирно. Сейчас же её плечи поникли под тяжестью лет, ходила она с трудом, подолгу охала и кряхтела, даже наливая молоко Мурзику. Смотреть на такое было грустно. Да и стыдновато, потому что кот-пройдоха остался единственным компаньоном старушки. Впрочем, сейчас и Мурзика нигде не было видно. Наверняка убежал по своим кошачьим делам, резвиться в поле и охотиться на мышей.
Скошенная трава лежала плотным слоем, перешагивать через неё было неудобно. Несколько раз запнувшись, Саня стал больше смотреть под ноги и именно поэтому пропустил момент, когда бабушка исчезла. Вот она только что стояла у калитки и ждала его, потом бац, и вместо неё там оказался мужик в синей спецовке.
Саня замер от неожиданности и, нахмурившись, начал рассматривать незнакомца. Он разглядел бледное лицо, клочковатую рыжую бороду и с содроганием узнал мужика, с которым работал на объекте под Нижневартовском. Весёлый и шумный Толик умел располагать к себе, с ним всегда было легко, и привычное на вахте ощущение отрешённости отступало. Настоящими друзьями они стать не успели, так и остались хорошими приятелями. Толик по какой-то своей прихоти, во время обхода участка, сошёл с маршрута и в подлеске пересёкся с медведем. Встреча получилась нехорошая, от здорового парня осталось лишь исполосованное на куски мясо. Сане потом еще пару недель снились кошмары после того, как он помогал укладывать останки для транспортировки.
И вот Толик стоит перед ним, живой и здоровый. Да ещё и в той самой спецовке, в которой погиб. Словно не было никакого медведя и восьми лет, что прошли с того случая.
Саня облизнул пересохшие губы и сделал осторожный шаг назад. Рядом с триммером лежала отвёртка и именно её сейчас хотелось держать под рукой. Саня пока не особо понимал от кого он вообще собрался защищаться, но тревожную щекотку внизу живота игнорировать не хотелось. Не мог никакой Толик стоять в огороде бабушки, да ещё и живой в придачу.
Какое-то время Толик продолжал стоять и смотреть за тем, как Саня пятится назад. А потом просто резко сорвался с места и побежал вперёд.
Оставленные инструменты лежали недалеко, но Саня вдруг обнаружил себя посреди кошмара. Того самого, когда пытаешься убежать от опасности, но ноги словно залили бетоном, каждая кочка и ямка коварно встают на пути и норовят распластать бегущего на земле. Топот за спиной нарастал, Саня старался бежать быстрее, но всё равно чувствовал себя попавшей в желе мухой.
Но он всё-таки успел. Саня бросился на землю, судорожным движением схватил отвёртку и обернулся к преследователю. Теперь, когда в ладони теплела пластмассовая рукоять хоть какого-то оружия, на душе стало спокойнее.
Моральный подъём длился недолго. Толик чудовищным образом преобразился, пока бежал от калитки. Спецовка пропиталась кровью настолько, что можно было различить тяжёлое хлюпанье влажной ткани. Левой руки у него теперь не доставало, из ошмётков кожи и мышц белела сломанная кость плеча. Часть скальпа свисала на бок, оголяя треснувший череп. Из разодранного горла Толика доносился клёкот, словно тот хотел что-то сказать, но не мог.
Саня чертыхнулся и побежал. Плюнул и на гордость, и на здравый смысл. Пусть это были последствия теплового удара или ещё какая-нибудь напасть, но выяснять что случится, когда оживший Толик добежит до него, не хотелось совсем. Он ворвался в джунгли из сорняков, где сладковато-приторный запах тут же ударил в нос, заполняя собой всё вокруг. Саня на миг задохнулся, но быстро мотнул головой, и продолжил бег, продираясь сквозь траву.
Внезапно что-то подвернулось под правую ногу, большой палец взорвался тупой болью, и Саня полетел вперёд. Он попытался ухватиться за толстые стебли вокруг, но не смог. Пальцы беспомощно соскользнули, обрывая листву и противный жёлтый сок мгновенно покрыл ладони. Сморщиться от отвращения Саня не успел, грохнулся на землю.
Паника захлестнула с головой, и Саня яростно задёргался, как рыба, попавшаяся в сети. Он кричал, разрывал траву вокруг, чтобы успеть встать на ноги до момента, когда Толик настигнет его. Однако позади никого не было. Саня хорошо видел огород в просеке из травы, которую проделал сам. Никто за ним не бежал, тяжёлый топот ног не сотрясал землю. Саня весь обратился вслух, пытаясь уловить малейшие намёки преследователя, но кроме собственного тяжёлого дыхания и биения сердца, никаких других звуков не слышал. И внезапно понял одну странную вещь, которую не замечал до этого.
Обычно в пригожие летние деньки вокруг стоит стрёкот, жужжание крыльев и прочие звуки мелкой живности. Сейчас же в огороде царила тишина, абсолютная и вездесущая.
Саня заметил большую кочку, об которую, скорее всего, споткнулся. Повинуясь порыву, он встал на колени, игнорируя саднящую боль в боку, и начал разрывать траву. То, что изначально виделось землистым холмиком, заросшим зеленью, оказалось кошачьим трупом. Шерсть с него слезла почти полностью, и Саня случайно дотронулся до склизкой поверхности тельца. Во рту тут же расцвел кислый комок, руку Саня поспешно отдёрнул и начал вытирать об землю. У трупика не хватало одного нижнего клыка, и Саня понял, что нашёл Мурзика. Вот потому-то кот и не путался под ногами, как обычно. Ещё один кусочек паззла, который встал на место, но картины никак не прояснил.
Впрочем, одно было ясно точно: уходить отсюда следовало как можно скорее. А разобраться, что вообще произошло можно будет и потом.
Саня попытался встать, но с удивлением обнаружил, что не может этого сделать. Воздух будто уплотнился, стал более вязким. Мысли путались, тяжело и неповоротливо перекатывались внутри черепной коробки. Встать никак не получалось, что-то мешало, держало за ноги. Саня посмотрел вниз и с содроганием увидел, как на него ковром наползает трава. Лианы опутывали нижние конечности не хуже верёвок, мешая встать и уйти отсюда подальше.
«Да она же живая», захлестнула паникой мысль.
Саня крикнул и начал вырываться, но масса зелени навалилась на него со всех сторон. Трава опутывала руки, голову, норовила забраться в рот и ноздри. Перед глазами всё поплыло, дышать толком не получалось. Саня попытался отмахиваться бесполезной сейчас отвёрткой, но и этого сделать толком не смог. Руки отяжелели, стали словно чужими и перестали слушаться.
Зелёная масса давила отовсюду. Саня пытался бороться, преодолевая страшную сонливость и накатившуюся вялость. Краем глаза он всё косился на холмик с частично переваренным Мурзиком. Коту-то повезло, Саня хотя бы обнаружил питомца бабушки, узнал, что с ним случилось.
А вот найдут ли его самого?
***
Костя шёл по пустому коридору и едва сдерживал торжествующий смех. Созвон с Сергеем Витальевичем прошёл намного лучше, чем он предполагал. Почти три часа они обсуждали последние результаты испытаний Pax Venenata. Теперь вопрос дальнейшего финансирования был практически решён, оставались лишь формальности.
Костя задорно улыбнулся незнакомой лаборантке, просеменившей мимо него. Не смог удержаться от маленькой шалости. Два года лишений, издёвок за спиной, ощущения собственной несостоятельности — всё это теперь осталось позади. Кто бы мог подумать, что именно за пределами лаборатории, на обычном участке его бабки, Pax Venenata покажет наибольший прорыв. А ведь многие уже успели списать в утиль и проект, и самого Костю.
Он ворвался в кабинет вихрем счастья и веселья, но сразу сдулся, стоило только увидеть лица Тани и Эдика. Оба сидели на своих местах, перепуганные донельзя. В это же время на мониторах рябили цифры, локальная нейронка выдавала портянки логов, строила таблицы и бурно обрабатывала массивы данных.
— Это что за представление у вас тут? Сегодня же нет испытаний, — нахмурился Костя.
— Нету. Вернее, не должно быть, — выдавил Эдик. — У нас тут ЧП натуральное. Объект был атакован и…
— Чего?! Что значит атакован? Давайте быстро сводку.
Костя слушал сбивчивый рассказ Эдика, разглядывая видеоряд с камер. Всё звучало до нелепости банально и от этого внутренности сковывало льдом лишь сильнее. Получить такую подножку сейчас, когда до успеха оставалось совсем немного, стало бы равносильно приговору.
Отвадить бабку от огорода было легко, делов-то пояснить, что хотел бы поизучать некоторые виды сорняков, мол, научный интерес и всё такое. Бабка пришла в восторг от разыгранной карты внука-учёного, так что сама точно не полезла бы в огород. Всё было схвачено, как думал Костя совсем недавно.
Но Сашка всю эту идиллию легко обломал. Его брату вечно не сиделось на месте, всё он что-то дёргался, суетился, околачивался у бабки. Казалось бы, приехал с вахты, так иди и забухай, как остальные мужики, но нет. Наверняка метил на дом и участок, чем ещё объяснить такой интерес.
— Какие шансы у человека? — глухим голосом спросил Костя. Называть брата по имени не хотелось.
— Кхм, мужчина сопротивляется пока, но уровень токсинов в организме уже превысил предельные значения. Налицо были и галлюцинации, и постепенный отказ моторных функций. На кота ушло совсем немного, а сейчас Pax Venenata пришлось израсходовать гораздо больше ресурсов, — сказала Таня, старательно не глядя в сторону Кости.
— Чего делать-то будем? — спросил Эдик.
— Ну а что мы тут можем сделать? Надо было сразу меня звать, я бы позвонил этому идиоту. Хотя он тот ещё осёл, мой старший братец, не послушал бы один чёрт.
— Дык мы за отчёты с утра засели, вообще не следили. Ну и ты всё равно на созвоне был, — начал оправдываться Эдик. — Это ж звездец, блин! Нас щас просто закроют нахрен после такого ЧП. Причём закроют в бетонную коробку с решётками на окнах.
Сдержаться и не спустить на ребят всех собак было трудно, но Костя смог. Таня и Эдик самые верные члены его команды, в отличие от многих других, не ушли, когда Куратор срезал им финансирование. Они же поддержали крайне рискованную идею с участком бабки и вложили в проект не меньше сил, чем он сам.
Костя заметил, что ребята старательно избегают взглядами мониторы с видеорядом от камер. А вот сам он, напротив, смотрел именно на них. Он видел, как Сашка раз за разом пытается встать, срывает с себя новые стебли, но всё было тщетно. Трава колыхалось живым ковром и волнами накатывалась на брата, лишая того малейшего шанса на спасение. Pax Venenata уже отравила его организм и теперь в дело вступила последняя фаза атаки гибрида. По Сашке можно было смело заказывать панихиду.
Такой контракт оторвут с руками, на радость Сергея Витальевича. Гранты, финансирование, быть может даже собственная лаборатория. Всё это замаячило перед глазами пёстрым калейдоскопом, отметая все прочие переживания.
— Ну, будем считать, что испытание в полевых условиях мы провели. Пусть и раньше времени. Давайте готовьте отчёты и собирайте статистику. Чтобы до вечера всё было у меня как в электронном виде, так и на бумаге. Самое главное, что мы видим насколько сильно продвинулось развитие Pax Venenata и как она теперь способна защищать территорию. Сергею Витальевичу я ситуацию объясню, он поможет всё уладить. Наша новая формула работает. Это главное.
Страх, изначально сковавший всё тело, постепенно отступал. Костя привык добиваться своего, оборачивать ситуацию в свою пользу. Наука не терпит слабых, ради результатов иногда приходится и замарать руки. Многие учёные прошлого это прекрасно знали, и история им всё благосклонно простила.
Костя мельком просмотрел краткую сводку от нейронки и сразу понял, что Сергей Витальевич будет доволен. Конечно, предстоит ещё много работы: систематизировать данные, сделать общий анализ испытания, подготовить отчёты. К бабке придётся съездить прямо сейчас, чтобы у той не возникало лишних вопросов по поводу Сашки. Старая хоть и начала сдавать в последнее время, в овощ пока не превратилась и может поднять ненужный шум. А на текущей стадии проекта такого допускать нельзя.
Костя начал собирать вещи, мельком глянул на монитор и увидел, что Сашка до сих пор пытается бороться. Правда, уже намного слабее, чем раньше. Если Pax Venenata смогла свалить даже такого упорного гада, как старший брат, значит шансы проекта на успех очень велики.
Из кабинета Костя вышел, уже не скрывая торжествующую улыбку.
ГЛАВНАЯ 